Возьми какого-нибудь молодого, сумасшедшего. И у вас получится бомба...

Главный дирижёр симфонического оркестра Владимира Ланде и заведующая литературной частью Красноярского драматического театра имени Пушкина Лариса Лейченко. Тема беседы - воспитание детей искусством, наследие прошлого в современном искусстве, роль театрального художника.

Ланде: Лариса Николаевна, вы обещали рассказать какую-то историю.

Лейченко: Эта история очень личная. И вместе с тем мне она ужасно нравится. Я с гордостью её всем рассказываю, потому что я за ней вижу очень хорошую вещь. Сейчас вы поймёте, о чём я.
У меня есть внук. Он родился недавно, он совсем маленький, ему два с половиной года. Живёт мой внук в славном городе Амстердаме. И в свои два с половиной года он ходит на концерты, много слушает музыки дома и очень её любит. И вот меня поразил его ответ по скайпу. Я с ним разговариваю и прошу его спеть мне песенку. На итальянском. Он всегда радостно это подхватывал и пел мне.

Ланде: А почему на итальянском?

Лейченко: А потому что папа итальянец.  И внук мне отказывается петь. Он говорит мне: Ляля, (он меня так называет), Моцарт обидится. Меня эта фраза совершенно поразила. Это сказал не наученный кем-то ребёнок, это сказал ребёнок, который слушает разную музыку.

Он поёт детские итальянские песни, слушает какие-то концерты, но этот малыш ставит Моцарта на какую-то особую ступеньку. Думаю, что за волшебная история с этим ребёнком? Не потому что он там какой-то выдающийся слухач, я не знаю, будет ли он музыкантом, не будет, я не об этом.

Его повели в ясли, когда ему было три месяца. И когда я спросила дочь, как ребёнок?, она говорит: нормально, всё хорошо, я его положила в кроватку. В яслях няньки. И у них был концерт.

Я говорю, у кого был концерт? — У детей в группе был концерт.— Я говорю, у какой группы? Там один сидит на горшке, другой лежит в кровати, третий ещё что-то. Она говорит — скрипач играл вживую этим крохам музыку.

И вот с этого начинается. И неважно, сколько лет — три месяца, шесть месяцев, годик, но детки погружены в музыку. Они ходят на концерты, они ходят на занятия по музыке, они окружены музыкой. Количество людей, слушающих музыку, приходящих на концерты в Европе, что нас так часто удивляет, невероятно. Вы сами это знаете и ощущаете. Вы вчера сделали концерт на открытом воздухе. Собственно, картина была та же самая. Огромное количество людей с удовольствием слушали музыку с детьми.

И я вижу детей, и не только детей, которые приходят и пристально всматриваются в инструменты, пытаются понять, что же это за такой зверь…

Ланде: Я должен сказать, что действительно в Красноярске вообще ситуация уникальная. Потому что люди из всех слоёв населения приходят в концертные залы или на открытый воздух. Безусловно, я очень рад. Потому что в тех условиях, когда морально-эстетическое воспитание, отдано деятелям культуры, этим занимаются музыканты, люди театра. Мы стараемся. Конечно, стараемся, потому что это самый важный компонент нашей деятельности. Именно воспитание культурных вкусов. Прививание культурных ценностей. Это то, чем мы должны заниматься.

Лейченко: Только прививаем мы их, порой, странным образом. Потому что прививаем культуру мы часто на уровне слова. А не на уровне дела.

Опять же сравнивая, что я вижу: ребёнок приходит на концерт. Он слушает музыку, а потом ему позволяют подойти, взять в руки скрипку, живую, не игрушечную, или подойти к виолончели и попробовать на ней что-то. И ни один из музыкантов не только не возражает, он даёт эту возможность. Когда концерты проходят на расстоянии вытянутой руки, ребёнок эту музыку не только слышит, он её впитывает, вбирает в себя.

Ланде: Это очень здорово. И возможность прикоснуться к инструменту это тоже правильно. Знаете, я встречал очень многих музыкантов, которые были вынуждены играть на том или другом инструменте с детства, потому что так хотели их родители. У этих музыкантов не было возможности выбрать свой инструмент. А очень часто это делается тактильными ощущениями тоже. Нужно немножко побыть в обществе этого инструмента, будь то виолончель, будь то флейта, гобой, ударные инструменты, рояль, всё что угодно. К этому действительно нужно прикоснуться. И это абсолютно правильная практика. Она мне очень нравится.

Эти восточные мотивы, которые появились в русском искусстве! Мы сегодня видим и необходимость в этом, и параллели возникают абсолютно точно

Ланде: На стыке музыки и театра. «Русские сезоны в Париже» для меня событие, которое предопределило не только развитие театра и культуры всего 20 века. Например, это такие люди-гиганты, как театральный художник Бакст, создавший рисунки текстиля, который мы до сих пор носим.

Я, когда иду в магазин, допустим, и выбираю себе костюм, рубашку, вдруг натыкаюсь на рисунки, которые Бакст сделал очень давно. 75-80 лет тому назад. Они ещё действуют, они ещё живые. Они живые, потому что там есть театральность.

Мебель, которой стали пользоваться после «Русских сезонов в Париже»… Она вышла, в общем, со сцен этих спектаклей. Там были придуманы или воссозданы, возможно, какие-то восточные формы мебели — тахта, диваны…

Лейченко: …Одежда. И не только в принтах. Не только в рисунках, но и шальвары появились вдруг у дам. Или тюрбаны.

Ланде: Да. Да-да. И обувь. И конечно музыкальные формы.

Лейченко: Стравинский, в первую очередь.

Ланде: И Стравинский, безусловно. Да, конечно. Но и Прокофьев. И многие, многие другие композиторы. И французские композиторы работали. Это предопределило театральную линию 20 века…

Лейченко: На какой-то период времени…

Ланде: …И предопределило, конечно, музыкальную линию. О хореографии я уже не говорю. Как вам кажется, ощущаем ли мы до сих пор это или вот вы сказали, «театральную — на какой-то период времени». Неужели сейчас это уже неактуально?

Лейченко: Я абсолютно уверена, что на какой-то период времени. Потом наступило забвение.

Сегодня имя Бакста знают, уверяю вас, очень немногие. Также как и другие имена «Русских сезонов». Но сегодня, не в сегодняшний день, а в какой-то период времени, который начался, вдруг я заметила возрождение интереса к этому. И с изумлением сама, хорошо зная этот период, вдруг увидела связь времён. Начала 20 века и начала 21 века.

Вот через столетие эту арочку я заметила. В частности, связанное с Бакстом. Я пересматривала много всяких материалов. Думаю, а! Какое чудо! Какое волшебство! Я вижу этот костюм на Иде Рубинштейн! Я вижу эти странные изломы её тела.
Это уже 21 век. Это же не начало 20-го.

Эти восточные мотивы, которые появились в русском искусстве! Мы сегодня видим и необходимость в этом, и параллели возникают абсолютно точно. И так далее, и так далее. Поэтому тот виток, который сделало русское искусство через сто лет, вернувшись, говорит о том, что оно настолько могуче, оно настолько плодотворно, что оно прорастёт сквозь асфальт.

Театральный художник — главнейшая профессия. Особенно сегодня

Ланде: Мы говорили в прошлый раз о режиссуре. Мне кажется, очень важно найти для режиссёра ещё и своего театрального художника. Потому что передача замысла через визуальное, через костюмы, через декорации, мне кажется это минимум пятьдесят процентов успеха, если не больше. Какие есть сейчас тандемы? Есть ли режиссёры, которые работают только с этими художниками? Есть ли художники, которые работают только с этими режиссёрами? Есть ли сугубо театральные художники? Существует ли такая сугубо театральная профессия?

Лейченко: Она не только существует. Она становится всё более весомой. И всё более, я бы даже сказала, подвигает режиссёра. Не подвигает его на что-то, а наоборот.

Театральный художник — главнейшая профессия. Особенно сегодня. Потому что, с моей точки зрения, последнее десятилетие как-то всё более значимым становится визуальный ряд, вытесняя смысловой. Сегодня люди не хотят ни слушать, ничего. Показывай картинки, гони всполохи света, музыкальные какие-то звуки — создай эту картинку, и ты получишь удовлетворённого зрителя.

Тандемы всегда были и продолжают быть. Неразрушимые, неразрывные. Модный ныне Тимофей Кулябин это всегда Олег Головко. Они работают всегда вместе. И этот союз довольно успешен. Если вспоминать старые добрые времена, Григорович — Рындин, да. Великий художник, с которым были сделаны самые значительные спектакли со времён «Каменного цветка».

Режиссёр и художник всегда находят друг друга и цепляются друг за друга. Потому что, вы правы, эта связка может дать большой эффект.

Но где опасность? Работая на протяжении многих лет с одним художником, не вбирая что-то ещё со стороны, не меняя художника иногда, просто ради того, чтобы появился свежий ветер в твоей комнате, ты идёшь по проторенной дорожке, так мне кажется. Я порою режиссёрам говорю, ну вот, ты с этим работаешь — у вас всё прекрасно. Но поменяй художника. Это материал не его. Возьми сейчас какого-нибудь молодого, сумасшедшего. И у вас получится бомба. Иногда хочется, чтобы рядом с мастером появился молодой и сумасшедший. Тогда бывает интереснейший результат…




Получай эксклюзив

Мы в социальных сетях

ГЛАВНОЕ


#Экономика

И снова вариации на тему... ...что кушать хочется всегда 

16.04.2018
#Обсуждаемое

Упрямый Телеграм Конфликт бывшего российского предпринимателя Павла Дурова с Российской властью получил беспрецедентное продолжение Конфликт бывшего российского предпринимателя Павла Дурова с Российской властью получил беспрецедентное продолжение

09.04.2018
#ГОРОД БЕЗ ПРЕДЕЛА

СКВЕРная история Вокруг Центрального парка развернулись нешуточные баталии. Врио губернатора Александр Усс высказал мнение, что парк, как таковой, Красноярску не нужен 

22.02.2018
#ГОРОД БЕЗ ПРЕДЕЛА

Арэг Демирханов: «Нельзя строить города квадратными метрами» Этим интервью с зодчим Красноярска, пожалуй, самым известным и старейшим архитектором города Арэгом Демирхановым, мы открываем рубрику «Город без предела»