Андрей Пашнин: Искусство это не колбаса

Главный дирижёр Красноярского симфонического оркестра Владимир Ланде побеседовал с заслуженным артистом России, председателем Красноярского отделения Союза театральных деятелей России Андреем Пашниным о современном языке театра, о моде, профессионализме и современной драматургии.

Ланде: У меня был один знакомый актёр, который говорил: ненавижу, когда меня спрашивают — Шекспир или Мольер? Почему-то в тот момент, в восьмидесятые годы, это бы очень модный вопрос: что вы больше любите, Шекспира или Мольера? Мне кажется, что сейчас этот вопрос уже не актуален, но, с другой стороны, я хотел спросить: как вы соотносите Шекспира, Мольера и русских классиков — Чехова, Достоевского, может быть, Булгакова? Что для вас «вечный Шекспир»? Что для вас Мольер? И что для вас русские классики?

Пашнин: Мне кажется, не имеет значения Шекспир это или Мольер или русская классика. Разговор-то идёт об одном и том же. Вопрос только, как ты одет, меч у тебя в руках или букли на тебе. Играется одна и та же пьеса про людей.

Шекспир мог написать то, что написал Мольер, если бы они поменялись своими жизнями. Это уже режиссёры подают материал, кто как считает нужным. Знаете, я вот что не очень люблю — когда некая модная тенденция захватывает умы режиссёров и критиков, которые смотрят этих режиссёров. Эти люди дружат, можно сказать тусуются вместе. Они создают некую моду.

Критики чего-то требуют от режиссёра. Режиссёр в свою очередь влияет на критиков и образовывается некая непонятная почти секта. Они что-то ставят друг для друга, «Маски» друг другу вручают и совершено отдаляются от простого зрителя. Зал всё равно набивается, поскольку в СМИ информация подаётся соответствующим образом — вот это последнее слово! И кто-то из зрителей думает — раз это последнее слово, надо как-то досмотреть шесть часов этого искусства. А там вот так всё намешано!

Зритель домой приходит и на кухне говорит своим — это не интересно. Но смотри, в приличном обществе не заикнись, что тебе не понравилось, а то скажут — не дорос!

А между тем, простые слёзы или простую улыбку зрителя над какой-то обычной доброй жизненной ситуацией многие считают примитивной. И выдвигают это на какой-то другой план. Вроде это для народа. Это театральный сериал. Я, в общем, не хвалю сериалы. Я понимаю их вредность.

Ланде: Лимитированность...

Пашнин: Я понимаю, для кого они. Но я всё равно против, когда зрителя пытаются эпатировать ради самого эпатажа, чтобы понравиться кому-то из нынче модных критиков. Я говорю это не как обиженный. Мне хватает зрительского признания, чтобы не обижаться. И не потому говорю, что я не в тусне. Я это говорю, потому что иногда как зритель чувствую себя неловко в таком излишне умном спектакле. Прихожу, смотрю, и не уйдёшь ведь. А потом говорят, ой, что ты, Андрей, это же как омары, как икра!

Это не колбаса тебе с хлебом! Чувствуешь ты? Ну, я говорю: где-то тронуло — иногда приходится прикидываться, в силу своей должности, может быть. Приходится высиживать. Это плохо. Хотя я понимаю, что без экспериментов в театре нельзя. Ничего нельзя безоговорочно, огульно отрицать.

Я вынужден иногда говорить языком, на котором говорят на улице

Ланде: Раньше существовал литературный язык. Язык, которым общались массы в России, отличался от того языка, которым были написаны книги, который был принят и в театре да и в кино. С одной стороны, мне кажется, что в этом была некоторая оторванность от жизни, а с другой стороны, это возвышало зрителя до определённого уровня. Это давало зрителю какие-то критерии. И во многом даже морально-нравственные критерии. Мне кажется, что это производило эффект фильтра.

Мы знаем даже пьесы Горького, такие как «На дне», где, казалось бы, у людей должен быть другой словарный запас и другой набор слов. Но они всё равно говорили литературным языком. Как вы думаете, сейчас вот эта языковая цензура — правильная ли она? И если да, то существует и действует ли эта цензура сейчас? Существует ли этот театральный высокий язык? Или вы считаете, что нужно общаться с народом тем языком, которым пользуется население?

Пашнин:  Знаете, недавно разговаривал с Геннадием Леонидовичем Рукшей. Он говорит, что, спросив театральных статистиков, какой театр сейчас пользуется огромным спросом в Москве, получил ответ, что театр Дорониной, Малый театр. Это как раз те театры, которые с точки зрения некоторых как будто бы поросли мхом, как будто бы говорят ещё на том старом, правильном языке, на котором разговаривали персонажи Островского, Тургенева.

Оказывается, народ соскучился по настоящему литературному языку. Есть такое театральное слово — «приход». В этих театрах зрительский приход самый большой.

Ланде:  Очень интересно, что вы сейчас сказали. Что театр Дорониной это именно тот театр, который сохранил традиции. Для меня это неожиданно.

Пашнин:  Сразу вспоминается эта фраза: правда, что вы все, народные и заслуженные артисты, в жизни тоже играете? — Хо-хо-хо! Полноте вам! Отнюдь! Это же тоже литература и в этом есть какая-то удивительная магия. И к этому тянет. Не всё же говорить кухонным языком. Хотя я как раз в своём театре страдаю перегибом в эту, обратную, сторону от такого классического материала. Я вынужден иногда говорить языком, на котором говорят на улице, поскольку нахожусь на самоокупаемости. Но, тем не менее, не совсем таким языком…

О профессионализме

Пашнин:  Знаете, интересно, ко мне подходят друзья, говорят: Слушай, Андрюха, а я могу у тебя сыграть? Смотри, что ни свадьба — я номер один! Все мной восхищаются. Я говорю — ну, конечно. Ты можешь сыграть в театре, а я могу вырезать аппендицит у кого-нибудь. Что-то надо уметь. Ты это понимаешь или нет? — У-у, а что уметь? — Хотя бы чтобы тебя в пятом-шестом ряду услышали. Как ты это подашь? — Ах, ну, я думал, Мане нравлюсь, Тане нравлюсь, на озёра поехали — я у палатки главный артист! 

Профессионализм и ремесло никто не отменял. Ты должен на сцене уметь делать то, что в зале никто не умеет, если он не артист. Потому что ты этому учился, а они нет. Я люблю профессионалов.

Ланде:  Абсолютно согласен. В советское время были драматурги Володин, Радзинский. Каких драматургов мы должны знать сейчас? Каких современных драматургов хотелось бы поставить вам?

Теперь каждый режиссёр это и драматург тоже

Пашнин: Мне трудно ответить. Что касается так называемой новой драмы — существует программа в союзе театральных деятелей, федеральное министерство культуры выделяет деньги на продвижение молодых драматургов. В общем, ищут таких самородков. И критики, и просто умные люди от театра. Они прямо выискивают их, рекомендуют ставить их произведения. Но это очень тяжело. Режиссёры не очень к этому готовы. Рисковать не любят. Менять любят всё, дописывать.

Теперь каждый режиссёр это и драматург тоже. Вот он берёт пьесу, и это повод для спектакля. И он меняет всё под себя. И получается в последнее время, если это современная пьеса, или даже если это классика, произведение, которое написано кем-то, затем режиссёром переписано, что-то добавлено. Вставляется любая музыка. Получается некий современный гибрид пьесы, который ни к какому времени не отнесёшь.

Это такая мода сейчас. В Шекспире может петь Джексон — Ричард запел Джексона и нормально!

Не важно даже, какие слова у этой песни в переводе с английского. Лишь бы на эмоциональном уровне нравилось, музыкально совпадало с тем, что режиссёр чувствует… Всё дозволено стало. И я это к вопросу о том, кого бы я выделил из современных авторов. Затрудняюсь сказать.

Ланде:  То есть, ярких пока что нет, очевидно.

Пашнин: Ну, я просто, если даже назову кого-то, это будет неоправданно выпукло, и кто-то несправедливо будет не назван. Много интересных, кстати, пьес пишут ребята — совершенно молодые, они чувствуют много. Но говорить про них не моё дело. Я считаю, не имею я права. Рановато...




Получай эксклюзив

#опрос

Центральный парк- быть или не быть?


Мы в социальных сетях

ГЛАВНОЕ


#ГОРОД БЕЗ ПРЕДЕЛА

СКВЕРная история Вокруг Центрального парка развернулись нешуточные баталии. Врио губернатора Александр Усс высказал мнение, что парк, как таковой, Красноярску не нужен 

22.02.2018
#Общество

«Ключи передайте Швондеру, пусть он оперирует» Врача-гематолога, кандидата медицинских наук осудили на два года общего режима... Врача-гематолога, кандидата медицинских наук осудили на два года общего режима...

31.01.2018
#Черновик

«Евгений Онегин». Закулисье Премьера новой версии бессмертной оперы Чайковского открывает IX Международный фестиваль «Парад звезд в Оперном».

29.01.2018
#Ваш доктор

Вегетарианца видно издалека Разборки между мясоедами и вегетарианцами вечны: никак не могут договориться, кто чью еду ест.

16.01.2018
#ЖЕНСКИЙ ВЗГЛЯД

Пять лет сожительства могут стать приговором В Госдуме рассматривается инициатива, регулирующая отношения мужчин и женщин

23.01.2018
#Мнение

Мира не будет «Тело мое изломанное, битое, надругались над ним люди достаточно». (Михаил Булгаков, «Собачье сердце») «Тело мое изломанное, битое, надругались над ним люди достаточно». (Михаил Булгаков, «Собачье сердце»)

01.12.2017
#Власть

Временный, но устойчивый ВРИО Александр Усс признан лидером в рейтинге политической устойчивости среди глав регионов Сибирского федерального округа.

27.12.2017
#Мнение

Папаши Так какие же вы молодые, немолодые отцы? Какие обязанности на ваших могучих плечах? 

#Новости

Первый среди краевых Телеканал «ТВ Центр Красноярск» начинает 2018 год с нового прорыва в сети Интернет. Телеканал «ТВ Центр Красноярск» начинает 2018 год с нового прорыва в сети Интернет.

01.02.2018
#Память

«Неужели такой я вам нужен после смерти?..» 80 лет Высоцкому… Вы представляете его в таком возрасте?

25.01.2018

Блоги